![[personal profile]](https://www.dreamwidth.org/img/silk/identity/user.png){kind=small}
kenigtigerКак и о представителях других родов войск, о советских танкистах образца лета 1941 мы в последнее время привыкли судить по немецким фотографиям и кинохроникам. Подбитые и брошенные танки, пленные, хаос, беспомощность и т.д. В общем, все неизбежно однобоко видят ситуацию.
Что касается результатов боевой работы, то это будет в разделе “Трофеи и пленные лета сорок первого”, а пока что немного о самом процессе.
“Три танкиста, три веселых друга”, 11-й механизированный корпус, июнь. Не так уж и веселы друзья, получив известие о том, что таки да, нехорошие люди опять “перешли границу у реки”.
Если верить книжке, то это экипаж танка БТ-7 образца 1937 года под командованием старшины П.И. Демина, отправленный в разведдозор. Мехвод – рядовой Л.А. Гусаров, башнер – младший сержант В.И. Казаков. К фотографии лично у меня есть пара вопросов.
Если я всё правильно понимаю в танке БТ-7, то справа от пушки должен быть пулемет. На нем совершенно неуставным образом висит некая тряпица, весьма напоминающая чехол от чего-то.
На крыше корпуса у среза башни ясно видна лежащая винтовочная обойма с пятью патронами. Наша ли, немецкая – не разберу. Пехотная вещь, танкистам нафиг не нужна. Видать, танк с десантом послали. Как-то же она должна была туда попасть.
Ну и главное. Если я опять же всё правильно понимаю в анатомии танка БТ-7, то сверху на гусенице у него лежит как минимум один ящичек непонятного назначения. И за ним, возможно, тоже на гусенице, стоит второй. Не на гусеничной полке, а именно на самой гусенице.
Если я правильно понимаю, что такое “разведдозор”, то такого быть не должно. Танк должен быть готов в любой момент или вступить в бой или свалить, или совместить одно с другим. При этом ставить что-то полезное в хозяйстве на гусеничную ленту – верх легкомыслия. Хотя, если решили что-то срочно починить, разложили инвентарь, а тут налетел советише папарацци и попросил “Принять воинственные позы и сделать сосредоточенные лица”, такое вполне возможно. Видели же мы на заднем плане знаменитой фотографии с водружением одного из знамен на Рейхстаг танкистов, мирно чистящих пушку ИС-2 и прочий народ, тусящий на площади перед зданием. Картина, которую можно наблюдать на месте такого боя через полдня или через день, но никак не в процессе или сразу после. Папарацци – везде папарацци, даже в СССР. Если надо – попросит ему знамя на Рейхстаг переводрузить.
Кстати, о починке танков.
Сцена ремонта легкого танка Т-37. Изнасилование трансмиссии и ходовой части. 107-я мотострелковая дивизия, сентябрь, Западный фронт.
А вот рота очень похожих машин, Т-38, готовится к бою. Датировка та же.
Те же Т-37/38 на марше. 5-й танковый полк 172-й мотострелковой дивизии, сентябрь.
А вот еще легкотанковое и раритетненькое. “Колонна танков БТ-2 из состава 24-й танковой дивизии РККА движется из места дислокации на границу с Финляндией”. Северный фронт, июнь.
Или еще более древнее. Двухбашенные Т-26 образца 1931 года “ускоренным маршем выдвигаются в район боевых действий”. Район действий 35-й танковой дивизии 9-го механизированного корпуса РККА, июнь.
Вы, конечно, скажете, что все это говнотанки типа Т-26 пожгли в июне-июле, как и “агрессивные БТ”. Ну в крайнем случае – в сентябре.
Отнюдь.(с)
Вот вам фотка Т-26 с Крымского фронта, апрель 1942 года.
24-й отдельный танковый полк.
Поясню, почему я запостил именно про них. С этим связан один блестящий пример инициативы и предприимчивости тех самых “тупых советских солдат и офицеров”. Вот цитатка про тогдашние крымские бои из книги танкоремонтника Ф.И. Галкина “Танки возвращаются в бой” (М. Воениздат, 1964.):
Прежде всего, стали выходить из строя танки Т-26. И не всегда от попаданий вражеских снарядов. Резиновые бандажи опорных катков не выдерживали больших переходов по развороченному после дождей, а затем окаменевшему от морозов грунту.
В запасе катков не было. Что делать? Помогла русская смекалка. В Керчи, на заводе имени Войкова, взорванном еще в ноябре 1941 года, чудом сохранились небольшая вагранка и томильная печь. Кадровые рабочие — термитчик и литейщик (жаль, не осталось в памяти их фамилий) — взялись за дело. Через две недели ремонтники получили цельнолитые катки из ковкого чугуна. Правда, катки гремели по гусеницам, но танки бегали достаточно резво, на переходах не застревали и уверенно шли в бой.
А это снова лето сорок первого. Июль, Западный фронт, 7-й мехкорпус. Т-26 выдвигаются к линии фронта.
А вот экипаж Т-26 лейтенанта С.М.Федорова в июле 1941 года. Фото сделано по случаю того, что подбили 2 немецких бронетранспортера.
Уже постил эту фотоцитату из западного издания, и тем не менее:
Хорошо человек из окружения прорывался.
А вот экипаж младшего лейтенанта М.Аксенова после выхода из окружения.
Северный фронт, 1-я танковая дивизия, июль. Танк у ребят – тяжелый КВ.
А вот КВ 107-й дивизии. Тоже июль, но уже Западный фронт.
А вот в одном строю гномы и титаны. Т-26 и КВ.
Это западный фронт, июль. Армейская группа Рокоссовского.
А вот ещё КВ образца 1940 года, без экранировки.
Из западного издания, точной датировки нет.
“Т-38 в разведке”. Лето 1941 года, без привязки по месту.
А вот “Не последний бронепоезд” выдвигается для огневой поддержки советских войск. Сентябрь-октябрь 1941 года, Ленинградский фронт.
Авторы книги не берутся идентифицировать точно, какой именно это бронепоезд, сообщают только, что в то время в полосе фронта действовали бронепоезда №60, №30, №26, C-28 и “Народный мститель”.
Вот вам маленькая пикча, извините, какая есть, с советского байк-шоу осени 1941 года. Колонна мотоциклистов на мотоциклах М-72 выдвигается к линии фронта. Тоже Ленинградский фронт.
А вот страничка из книжки про танки КВ.
Кстати, раз уж начали не только про танки, но и вообще про всё, что ездит-ползает-железное-и-стреляет, то давайте не оставим без внимания советские бронемашины и их экипажи.
Это колонна легких бронеавтомобилей БА-20 1-й танковой дивизии. Северный фронт, июль.
На лесных дорогах – БА-10. 23-я армия, Северный фронт, начало августа.
Бронемашины разведывательного бронебатальона 172-й моторизованной дивизии, сентябрь, Крым.
Экипаж БА-10 под командованием сержанта К.В. Колесника. В центре – командир, слева стрелок – красноармеец К.И. Грумынский, справа мехвод – И.А. Сидоренко. Июль, Юго-Западный фронт. К этому моменту экипаж уничтожил 2 немецких танка Pz-II. По итогам боев командир и стрелок получили ордена Красного Знамени, мехвод – Красной Звезды.
Еще один экипаж, оставшийся в плюсе. Снимок от 7 августа, сделанный на Северо-Западном фронте. Экипаж старшего лейтенанта Н.Шилина, подбивший 4 немецких танка. Сам Шилин, как помечено авторами книги – “кандидат в члены ВКП(б)” и красноармейцы И.Ефимов – стрелок-радист, А.Пастухов – мехвод, А.Горяченко – башенный стрелок.
А это Брянский фронт, октябрь. Имена бойцов неизвестны. “Экипажи уточняют боевую задачу”.
Вот скептик скажет - хорошая работа советских папарацци. Просто-таки настоящий, живой Чапаев в телогрейке и с биноклем опирается на борт своего броневика БА-10. Привезли актёра, одели в телагу, поставили к танчегу, ЩЁЛК – и вот она, ИСТОРИЯ.
Остается только приписать “51-й отдельный танковый батальон 42-й армии, осень 1941 года”. Пипл схавает. Но нет, дорогой секптег. Вот ещё один ЩЁЛК.
Уже не такой закос под Чапаева. А вот и совсем будничное.
Обычное групповое фото. “Командно-политический состав Ижорского батальона”. Узнаете товарища, сидящего во втором ряду крайним справа. Да, он. Живой, настоящий. Никакое не “фуфло с закосом под Чапаева”. Просто заводской мастер Иван Феоктистович Черненко. Который иногда по вечерам собирал молодежь и рассказывал о том, как воевали в гражданскую.
Кстати, об ижорских рабочих. Гляньте, какой роскошный трынклюкатор они смастерили из подручных материалов на погибель вражеским колесным и гусеничным пепелацам.
Это август 1941 года. А вот ещё один бронеавтомобиль, БА-10А “Орловские партизаны”, снимки которого сделаны в августе 1943 года на Центральном фронте.
Два года один из партизанских отрядов Орловской области в меру своих потребностей и возможностей использовал машину, заботливо припрятанную у них экипажем во время отступления. Теперь область освобождена Красной армией, можно припарковать стильный внедорожник у ближайшей хаты и пойти отпраздновать.
Кстати, я обещал запостить про советского танкового аса образца 1941 года, старшего лейтенанта Лавриненко. Вот его экипаж, сам герой, Дмитрий, слева.
Вот рассказ о его подвигах из журнала “Танкомастер”. На счету его экипажа за лето и осень – 52 немецких танка. Потом Лавриненко погиб. Вот, кстати, и фото экипажа в менее торжественной обстановке, на привале, у костра.
Летом-осенью 1941 года при хорошем снабжении и техническом обеспечении и при наличии головастого и храброго командира Т-34 был страшным оружием, равно как и КВ. Поединок с опытным советским экипажем очень часто заканчивался для “покорителей Европы” вот так.
Датировка в том издании, откуда я взял это фото, стоит “Июль 1941”. Может, меня глючит, но в каком-то более попсовом издании видел этот снимок давным-давно с пометкой, что это лето 1942-го.
А вот настоящий жыдокомиссар.
“Какие отвратительные рожи!”(с) Видимо, записывает, кого отправить в штрафроту.
Ну а если без шуток, то это младший политрук Б.С. Уланский, представленный к награждению Орденом Красной звезды за умелое руководство танковой ротой. Северо-Западное направление, июль 1941 года.
Если кто не в курсе, то пока в советской армии были политруки, их не принято было уважать, если не они не знали своей специальности. Типа, нахуй нужен такой балласт. Так что нет ничего удивительного в том, что тот же жыдокомиссар Николай Попель понаписал книжек про то, как он, комиссар, а вовсе не командир, рулил танковыми частями.
Если и командир, и комиссар были вменяемыми людьми, да если ещё и начальник связи имелся расторопный, то получался такой двухглавый начальственный орел, что от его зоркого ока ничего не ускользало. Одна голова здесь, другая – там. Да еще начальник штаба, дополняющий картину до окончательного змейгорыныча. Если такой триумвират сумел “спеться” – смерть фашистским оккупантам.
Имхо, на фото политрук опирается на гусеницу Т-34. Ибо за головой виден край люка мехвода и часть маски пушки.
А вот и “отцы-командиры”.
“Командир танкового подразделения майор А.Баранов(в центре) дает указания, 1941 год”
Бои это или учения – не помечено. Равно как нет и привязки по месту. А вот тут – есть полная history.
Юго-Западный фронт, июнь 1941 года. Экипаж Т-34, подбивший 6 немецких танков. Слева направо – командир машины лейтенант Г.Бенадицкий, башенный стрелок В.Сергеев, стрелок-радист П.Твердохлебов, механик-водитель П.Осадченко. Как знать, может быть уже через день-другой Т-34, когда фотокорреспондент уже будет глубоко в тылу сдавать отснятые материалы, Т-34 останется без запчастей или горючего где-нибудь на дороге и попадет в объектив немецкого кинохроникёра, снимающего “беспорядочное отступление советских войск”. Война. Всё бывает.
А вот ещё один экипаж Т-34 из жаркого лета 1941-го. На момент увековечивания для истории ребята наколотили 5 танков и 2 противотанковые пушки. 107-я дивизия, Западный фронт, июль.
Слева направо: башенный стрелок К.Левин, стрелок-радист Ф.Ишков, механик-водитель А.Прошин и командир танкового взвода лейтенант И.Чувашев.
Ещё про Т-34 в 1941-м году.
101-я танковая дивизия, Западный фронт, июль.
Октябрь, без привязки по месту и номеру части.
Еще одно фото, широко известное, уже зимнее, но пусть тоже будет. Т-34 и БТ-7.
Пусть будет. Это 1-я гвардейская танковая бригада.
А вот это фото достаточно редкое.
“На передовую!” 109-я мотострелковая дивизия, Западный фронт, 1941 год.
А вот это – первый день войны.
“Дан приказ ему - на запад…”
6 мехкорпус РККА выдвигается в сторону границы.
Тоже июнь, самые первые дни. Танки БТ-7 21-го мехкорпуса генерал-майора Д.Д. Лелюшенко форсированным маршем выдвигаются на передний край. Северо-Западный фронт.
А вот ещё один экипаж Т-26. Классический комментарий – “Уточняют боевую задачу”.
84-й отдельный танковый батальон 55-й армии. Ленинградский фронт, осень.
А вот редкая машина и фото довольно редкого типа - “Эшелон с танками уходит на фронт”.
На переднем плане Т-40 в маскировочных сетях, на заднем плане видна массивная корма чуть ли не от КВ. Москва, июль.
А вот на последнем фото – пара трехбашенных танков Т-28.
Я отложил эту фотку напоследок, чтобы дать вам, камрады, под занавес почитать одну историю. Про то, как летом 1941 года отжигали настоящие русские. У которых под руками не было современных Т-34 и КВ, которые вшестером остались в глубоком тылу у немцев с одним подержанным Т-28 и без какой бы то ни было связи со своими. Сходите по ссылке, почитайте.
Проехали железнодорожный переезд, пути трамвайного кольца и оказались на улице Ворошилова. Здесь было много предприятий, но все их корпуса стояли теперь полуразрушенными, с темными проемами дверей и окон. Потом наша машина поравнялась с длинным темно-красным зданием ликеро-водочного завода. Вот здесь мы и увидели первых фашистов. Их было десятка два. Немецкие солдаты грузили в машину ящики с бутылками и не обратили никакого внимания на внезапно появившийся одинокий танк.
Не знаю, есть ли в Минске памятник Малько, майору и курсантам, если ещё нет, я бы на месте белорусских товарищей обязательно поставил.
Вот про что кино надо снимать, а не про “Последний бронепоезд”. Поставить на ход Т-28, который наверняка есть в Кубинке, и снять. “Один день из жизни Дмитрия Ивановича”, ага. Совместный проект, российско-белорусский.
С арийским мясом на гусеницах и т.д. раз уж мы так полюбили говнонатурализм.
И саундтрэк подобрать соответствующий, особенно под этот эпический погром с реками горящего бензина.
То бишь ставит, значит, какой-нибудь немец в комендатуре или ещё где пластиночку. Для культурного, так сказать, досуга. “Вин ди зольдаттен” в классическом веселеньком варианте. Музыка разливается над городом, в котором уже наступил Новый мировой порядок(ТМ), постепенно подавляя все остальные звуки. Камера показывает идиллическую картину “Спасения от большевизма”. И вот когда громкость песенки доходит до максимума, кончается вступление и начинается текст, на сцене появляется Т-28. И без сторонних звуков, только на фоне музыки, происходит всё дальнейшее действие.
Ну и сцена с грузовиком водки чудо как хороша. Минуты на две можно растянуть, а то и больше. Как вводную к погрому.
Немцы грузят, танк едет, немцы грузят, танк едет. Немцы оборачиваются – хуле, наш танк, чей же еще. Грузят дальше. Танк едет. Камера берет крупным планом пулемет. Немцы грузят. Вид на пулемет ещё крупнее. Немцы грузят.
Опс! Кадр обрывается и показывается то место, где потом будут ставить песенку. Показывается эта идиллия секунд 30. Потом кадр – камера снимает гусеницы Т-28 и арийское мясо. Никаких звуков кроме мотора и гусениц.
Следующий кадр – едут мотоциклисты. Едет по улицам танк. Едут мотоциклисты. Крупно даём уверенное лицо водителя головного байка. Едет танк. Крупный план на пулемет.
Опс! Снова то место, 20-30 секунд идиллии Нового мирового порядка(ТМ), потом – гусеницы, смятый байк и мясо, лязг, грохот.
А вот потом – вышеупомянутая сцена всеобщего погрома под “Вин ди зольдаттен”.
И в качестве финальной сцены, после рассказа о выходе к своим и боях 1942-1943 гг, очень хорошо пойдет освобождение Минска ровно через три года, в июле 1944. С участием того же Малько, воюющего во 2-м Тацинском гвардейском танковом корпусе. И сцена возле обгоревшего Т-28 три года спустя.
Только не снимут такой фильм. Проблема в том, что Дмитрий Иванович Малько – нонсенс для россияйненов. В соответствии с их логикой, человека, который летом 1941 года не из-под палки будет драться до последнего за свою страну да еще практически без шансов на выживание, существовать не может. А уж шести таких персонажей в одном месте точно быть не может. А уж чтобы они при этом замесили такое количество немцев – это для них даже не научная фантастика, а фэнтези почище любого “Волкодава”.
Единственный способ заставить наших киношников снять такой фильм – пустить слух, что Лукашенко уже выделил деньги на аналогичный проект.
Кстати, про летчиков Иванов Ивановых, с одним из которых Малько выбирался из окружения. Считается, что первый воздушный таран в Великой Отечественной войне совершил 22 июня 1941 года старший лейтенант Иван Иванович Иванов. К сожалению, погиб и был удостоен звания Герой Советского Союза только посмертно. А ведь были люди, таранившие немцев не один раз и остававшиеся в живых.
Впрочем, про летчиков – в следующем посте.
А пока что давайте ещё раз поблагодарим тех людей, что достали все эти фотографии из архивов.
Большую часть этих подборок я, как уже было сказано, брал у Максима Коломийца (периодическое издание “Фронтовая иллюстрация”) и Ильи Мощанского(“Военная летопись”).
Приведенное фото Т-28 летом 1941-го – от А.Резяпкина, взято здесь
Время подвиги эти не стерло!
Оторвать от него верхний пласт
Или взять его крепче за горло
И оно свои тайны отдаст!
(с)
Что касается результатов боевой работы, то это будет в разделе “Трофеи и пленные лета сорок первого”, а пока что немного о самом процессе.
“Три танкиста, три веселых друга”, 11-й механизированный корпус, июнь. Не так уж и веселы друзья, получив известие о том, что таки да, нехорошие люди опять “перешли границу у реки”.
Если верить книжке, то это экипаж танка БТ-7 образца 1937 года под командованием старшины П.И. Демина, отправленный в разведдозор. Мехвод – рядовой Л.А. Гусаров, башнер – младший сержант В.И. Казаков. К фотографии лично у меня есть пара вопросов.
Если я всё правильно понимаю в танке БТ-7, то справа от пушки должен быть пулемет. На нем совершенно неуставным образом висит некая тряпица, весьма напоминающая чехол от чего-то.
На крыше корпуса у среза башни ясно видна лежащая винтовочная обойма с пятью патронами. Наша ли, немецкая – не разберу. Пехотная вещь, танкистам нафиг не нужна. Видать, танк с десантом послали. Как-то же она должна была туда попасть.
Ну и главное. Если я опять же всё правильно понимаю в анатомии танка БТ-7, то сверху на гусенице у него лежит как минимум один ящичек непонятного назначения. И за ним, возможно, тоже на гусенице, стоит второй. Не на гусеничной полке, а именно на самой гусенице.
Если я правильно понимаю, что такое “разведдозор”, то такого быть не должно. Танк должен быть готов в любой момент или вступить в бой или свалить, или совместить одно с другим. При этом ставить что-то полезное в хозяйстве на гусеничную ленту – верх легкомыслия. Хотя, если решили что-то срочно починить, разложили инвентарь, а тут налетел советише папарацци и попросил “Принять воинственные позы и сделать сосредоточенные лица”, такое вполне возможно. Видели же мы на заднем плане знаменитой фотографии с водружением одного из знамен на Рейхстаг танкистов, мирно чистящих пушку ИС-2 и прочий народ, тусящий на площади перед зданием. Картина, которую можно наблюдать на месте такого боя через полдня или через день, но никак не в процессе или сразу после. Папарацци – везде папарацци, даже в СССР. Если надо – попросит ему знамя на Рейхстаг переводрузить.
Кстати, о починке танков.
Сцена ремонта легкого танка Т-37. Изнасилование трансмиссии и ходовой части. 107-я мотострелковая дивизия, сентябрь, Западный фронт.
А вот рота очень похожих машин, Т-38, готовится к бою. Датировка та же.
Те же Т-37/38 на марше. 5-й танковый полк 172-й мотострелковой дивизии, сентябрь.
А вот еще легкотанковое и раритетненькое. “Колонна танков БТ-2 из состава 24-й танковой дивизии РККА движется из места дислокации на границу с Финляндией”. Северный фронт, июнь.
Или еще более древнее. Двухбашенные Т-26 образца 1931 года “ускоренным маршем выдвигаются в район боевых действий”. Район действий 35-й танковой дивизии 9-го механизированного корпуса РККА, июнь.
Вы, конечно, скажете, что все это говнотанки типа Т-26 пожгли в июне-июле, как и “агрессивные БТ”. Ну в крайнем случае – в сентябре.
Отнюдь.(с)
Вот вам фотка Т-26 с Крымского фронта, апрель 1942 года.
24-й отдельный танковый полк.
Поясню, почему я запостил именно про них. С этим связан один блестящий пример инициативы и предприимчивости тех самых “тупых советских солдат и офицеров”. Вот цитатка про тогдашние крымские бои из книги танкоремонтника Ф.И. Галкина “Танки возвращаются в бой” (М. Воениздат, 1964.):
Прежде всего, стали выходить из строя танки Т-26. И не всегда от попаданий вражеских снарядов. Резиновые бандажи опорных катков не выдерживали больших переходов по развороченному после дождей, а затем окаменевшему от морозов грунту.
В запасе катков не было. Что делать? Помогла русская смекалка. В Керчи, на заводе имени Войкова, взорванном еще в ноябре 1941 года, чудом сохранились небольшая вагранка и томильная печь. Кадровые рабочие — термитчик и литейщик (жаль, не осталось в памяти их фамилий) — взялись за дело. Через две недели ремонтники получили цельнолитые катки из ковкого чугуна. Правда, катки гремели по гусеницам, но танки бегали достаточно резво, на переходах не застревали и уверенно шли в бой.
А это снова лето сорок первого. Июль, Западный фронт, 7-й мехкорпус. Т-26 выдвигаются к линии фронта.
А вот экипаж Т-26 лейтенанта С.М.Федорова в июле 1941 года. Фото сделано по случаю того, что подбили 2 немецких бронетранспортера.
Уже постил эту фотоцитату из западного издания, и тем не менее:
Хорошо человек из окружения прорывался.
А вот экипаж младшего лейтенанта М.Аксенова после выхода из окружения.
Северный фронт, 1-я танковая дивизия, июль. Танк у ребят – тяжелый КВ.
А вот КВ 107-й дивизии. Тоже июль, но уже Западный фронт.
А вот в одном строю гномы и титаны. Т-26 и КВ.
Это западный фронт, июль. Армейская группа Рокоссовского.
А вот ещё КВ образца 1940 года, без экранировки.
Из западного издания, точной датировки нет.
“Т-38 в разведке”. Лето 1941 года, без привязки по месту.
А вот “Не последний бронепоезд” выдвигается для огневой поддержки советских войск. Сентябрь-октябрь 1941 года, Ленинградский фронт.
Авторы книги не берутся идентифицировать точно, какой именно это бронепоезд, сообщают только, что в то время в полосе фронта действовали бронепоезда №60, №30, №26, C-28 и “Народный мститель”.
Вот вам маленькая пикча, извините, какая есть, с советского байк-шоу осени 1941 года. Колонна мотоциклистов на мотоциклах М-72 выдвигается к линии фронта. Тоже Ленинградский фронт.
А вот страничка из книжки про танки КВ.
Кстати, раз уж начали не только про танки, но и вообще про всё, что ездит-ползает-железное-и-стреляет, то давайте не оставим без внимания советские бронемашины и их экипажи.
Это колонна легких бронеавтомобилей БА-20 1-й танковой дивизии. Северный фронт, июль.
На лесных дорогах – БА-10. 23-я армия, Северный фронт, начало августа.
Бронемашины разведывательного бронебатальона 172-й моторизованной дивизии, сентябрь, Крым.
Экипаж БА-10 под командованием сержанта К.В. Колесника. В центре – командир, слева стрелок – красноармеец К.И. Грумынский, справа мехвод – И.А. Сидоренко. Июль, Юго-Западный фронт. К этому моменту экипаж уничтожил 2 немецких танка Pz-II. По итогам боев командир и стрелок получили ордена Красного Знамени, мехвод – Красной Звезды.
Еще один экипаж, оставшийся в плюсе. Снимок от 7 августа, сделанный на Северо-Западном фронте. Экипаж старшего лейтенанта Н.Шилина, подбивший 4 немецких танка. Сам Шилин, как помечено авторами книги – “кандидат в члены ВКП(б)” и красноармейцы И.Ефимов – стрелок-радист, А.Пастухов – мехвод, А.Горяченко – башенный стрелок.
А это Брянский фронт, октябрь. Имена бойцов неизвестны. “Экипажи уточняют боевую задачу”.
Вот скептик скажет - хорошая работа советских папарацци. Просто-таки настоящий, живой Чапаев в телогрейке и с биноклем опирается на борт своего броневика БА-10. Привезли актёра, одели в телагу, поставили к танчегу, ЩЁЛК – и вот она, ИСТОРИЯ.
Остается только приписать “51-й отдельный танковый батальон 42-й армии, осень 1941 года”. Пипл схавает. Но нет, дорогой секптег. Вот ещё один ЩЁЛК.
Уже не такой закос под Чапаева. А вот и совсем будничное.
Обычное групповое фото. “Командно-политический состав Ижорского батальона”. Узнаете товарища, сидящего во втором ряду крайним справа. Да, он. Живой, настоящий. Никакое не “фуфло с закосом под Чапаева”. Просто заводской мастер Иван Феоктистович Черненко. Который иногда по вечерам собирал молодежь и рассказывал о том, как воевали в гражданскую.
Кстати, об ижорских рабочих. Гляньте, какой роскошный трынклюкатор они смастерили из подручных материалов на погибель вражеским колесным и гусеничным пепелацам.
Это август 1941 года. А вот ещё один бронеавтомобиль, БА-10А “Орловские партизаны”, снимки которого сделаны в августе 1943 года на Центральном фронте.
Два года один из партизанских отрядов Орловской области в меру своих потребностей и возможностей использовал машину, заботливо припрятанную у них экипажем во время отступления. Теперь область освобождена Красной армией, можно припарковать стильный внедорожник у ближайшей хаты и пойти отпраздновать.
Кстати, я обещал запостить про советского танкового аса образца 1941 года, старшего лейтенанта Лавриненко. Вот его экипаж, сам герой, Дмитрий, слева.
Вот рассказ о его подвигах из журнала “Танкомастер”. На счету его экипажа за лето и осень – 52 немецких танка. Потом Лавриненко погиб. Вот, кстати, и фото экипажа в менее торжественной обстановке, на привале, у костра.
Летом-осенью 1941 года при хорошем снабжении и техническом обеспечении и при наличии головастого и храброго командира Т-34 был страшным оружием, равно как и КВ. Поединок с опытным советским экипажем очень часто заканчивался для “покорителей Европы” вот так.
Датировка в том издании, откуда я взял это фото, стоит “Июль 1941”. Может, меня глючит, но в каком-то более попсовом издании видел этот снимок давным-давно с пометкой, что это лето 1942-го.
А вот настоящий жыдокомиссар.
“Какие отвратительные рожи!”(с) Видимо, записывает, кого отправить в штрафроту.
Ну а если без шуток, то это младший политрук Б.С. Уланский, представленный к награждению Орденом Красной звезды за умелое руководство танковой ротой. Северо-Западное направление, июль 1941 года.
Если кто не в курсе, то пока в советской армии были политруки, их не принято было уважать, если не они не знали своей специальности. Типа, нахуй нужен такой балласт. Так что нет ничего удивительного в том, что тот же жыдокомиссар Николай Попель понаписал книжек про то, как он, комиссар, а вовсе не командир, рулил танковыми частями.
Если и командир, и комиссар были вменяемыми людьми, да если ещё и начальник связи имелся расторопный, то получался такой двухглавый начальственный орел, что от его зоркого ока ничего не ускользало. Одна голова здесь, другая – там. Да еще начальник штаба, дополняющий картину до окончательного змейгорыныча. Если такой триумвират сумел “спеться” – смерть фашистским оккупантам.
Имхо, на фото политрук опирается на гусеницу Т-34. Ибо за головой виден край люка мехвода и часть маски пушки.
А вот и “отцы-командиры”.
“Командир танкового подразделения майор А.Баранов(в центре) дает указания, 1941 год”
Бои это или учения – не помечено. Равно как нет и привязки по месту. А вот тут – есть полная history.
Юго-Западный фронт, июнь 1941 года. Экипаж Т-34, подбивший 6 немецких танков. Слева направо – командир машины лейтенант Г.Бенадицкий, башенный стрелок В.Сергеев, стрелок-радист П.Твердохлебов, механик-водитель П.Осадченко. Как знать, может быть уже через день-другой Т-34, когда фотокорреспондент уже будет глубоко в тылу сдавать отснятые материалы, Т-34 останется без запчастей или горючего где-нибудь на дороге и попадет в объектив немецкого кинохроникёра, снимающего “беспорядочное отступление советских войск”. Война. Всё бывает.
А вот ещё один экипаж Т-34 из жаркого лета 1941-го. На момент увековечивания для истории ребята наколотили 5 танков и 2 противотанковые пушки. 107-я дивизия, Западный фронт, июль.
Слева направо: башенный стрелок К.Левин, стрелок-радист Ф.Ишков, механик-водитель А.Прошин и командир танкового взвода лейтенант И.Чувашев.
Ещё про Т-34 в 1941-м году.
101-я танковая дивизия, Западный фронт, июль.
Октябрь, без привязки по месту и номеру части.
Еще одно фото, широко известное, уже зимнее, но пусть тоже будет. Т-34 и БТ-7.
Пусть будет. Это 1-я гвардейская танковая бригада.
А вот это фото достаточно редкое.
“На передовую!” 109-я мотострелковая дивизия, Западный фронт, 1941 год.
А вот это – первый день войны.
“Дан приказ ему - на запад…”
6 мехкорпус РККА выдвигается в сторону границы.
Тоже июнь, самые первые дни. Танки БТ-7 21-го мехкорпуса генерал-майора Д.Д. Лелюшенко форсированным маршем выдвигаются на передний край. Северо-Западный фронт.
А вот ещё один экипаж Т-26. Классический комментарий – “Уточняют боевую задачу”.
84-й отдельный танковый батальон 55-й армии. Ленинградский фронт, осень.
А вот редкая машина и фото довольно редкого типа - “Эшелон с танками уходит на фронт”.
На переднем плане Т-40 в маскировочных сетях, на заднем плане видна массивная корма чуть ли не от КВ. Москва, июль.
А вот на последнем фото – пара трехбашенных танков Т-28.
Я отложил эту фотку напоследок, чтобы дать вам, камрады, под занавес почитать одну историю. Про то, как летом 1941 года отжигали настоящие русские. У которых под руками не было современных Т-34 и КВ, которые вшестером остались в глубоком тылу у немцев с одним подержанным Т-28 и без какой бы то ни было связи со своими. Сходите по ссылке, почитайте.
Проехали железнодорожный переезд, пути трамвайного кольца и оказались на улице Ворошилова. Здесь было много предприятий, но все их корпуса стояли теперь полуразрушенными, с темными проемами дверей и окон. Потом наша машина поравнялась с длинным темно-красным зданием ликеро-водочного завода. Вот здесь мы и увидели первых фашистов. Их было десятка два. Немецкие солдаты грузили в машину ящики с бутылками и не обратили никакого внимания на внезапно появившийся одинокий танк.
Не знаю, есть ли в Минске памятник Малько, майору и курсантам, если ещё нет, я бы на месте белорусских товарищей обязательно поставил.
Вот про что кино надо снимать, а не про “Последний бронепоезд”. Поставить на ход Т-28, который наверняка есть в Кубинке, и снять. “Один день из жизни Дмитрия Ивановича”, ага. Совместный проект, российско-белорусский.
С арийским мясом на гусеницах и т.д. раз уж мы так полюбили говнонатурализм.
И саундтрэк подобрать соответствующий, особенно под этот эпический погром с реками горящего бензина.
То бишь ставит, значит, какой-нибудь немец в комендатуре или ещё где пластиночку. Для культурного, так сказать, досуга. “Вин ди зольдаттен” в классическом веселеньком варианте. Музыка разливается над городом, в котором уже наступил Новый мировой порядок(ТМ), постепенно подавляя все остальные звуки. Камера показывает идиллическую картину “Спасения от большевизма”. И вот когда громкость песенки доходит до максимума, кончается вступление и начинается текст, на сцене появляется Т-28. И без сторонних звуков, только на фоне музыки, происходит всё дальнейшее действие.
Ну и сцена с грузовиком водки чудо как хороша. Минуты на две можно растянуть, а то и больше. Как вводную к погрому.
Немцы грузят, танк едет, немцы грузят, танк едет. Немцы оборачиваются – хуле, наш танк, чей же еще. Грузят дальше. Танк едет. Камера берет крупным планом пулемет. Немцы грузят. Вид на пулемет ещё крупнее. Немцы грузят.
Опс! Кадр обрывается и показывается то место, где потом будут ставить песенку. Показывается эта идиллия секунд 30. Потом кадр – камера снимает гусеницы Т-28 и арийское мясо. Никаких звуков кроме мотора и гусениц.
Следующий кадр – едут мотоциклисты. Едет по улицам танк. Едут мотоциклисты. Крупно даём уверенное лицо водителя головного байка. Едет танк. Крупный план на пулемет.
Опс! Снова то место, 20-30 секунд идиллии Нового мирового порядка(ТМ), потом – гусеницы, смятый байк и мясо, лязг, грохот.
А вот потом – вышеупомянутая сцена всеобщего погрома под “Вин ди зольдаттен”.
И в качестве финальной сцены, после рассказа о выходе к своим и боях 1942-1943 гг, очень хорошо пойдет освобождение Минска ровно через три года, в июле 1944. С участием того же Малько, воюющего во 2-м Тацинском гвардейском танковом корпусе. И сцена возле обгоревшего Т-28 три года спустя.
Только не снимут такой фильм. Проблема в том, что Дмитрий Иванович Малько – нонсенс для россияйненов. В соответствии с их логикой, человека, который летом 1941 года не из-под палки будет драться до последнего за свою страну да еще практически без шансов на выживание, существовать не может. А уж шести таких персонажей в одном месте точно быть не может. А уж чтобы они при этом замесили такое количество немцев – это для них даже не научная фантастика, а фэнтези почище любого “Волкодава”.
Единственный способ заставить наших киношников снять такой фильм – пустить слух, что Лукашенко уже выделил деньги на аналогичный проект.
Кстати, про летчиков Иванов Ивановых, с одним из которых Малько выбирался из окружения. Считается, что первый воздушный таран в Великой Отечественной войне совершил 22 июня 1941 года старший лейтенант Иван Иванович Иванов. К сожалению, погиб и был удостоен звания Герой Советского Союза только посмертно. А ведь были люди, таранившие немцев не один раз и остававшиеся в живых.
Впрочем, про летчиков – в следующем посте.
А пока что давайте ещё раз поблагодарим тех людей, что достали все эти фотографии из архивов.
Большую часть этих подборок я, как уже было сказано, брал у Максима Коломийца (периодическое издание “Фронтовая иллюстрация”) и Ильи Мощанского(“Военная летопись”).
Приведенное фото Т-28 летом 1941-го – от А.Резяпкина, взято здесь
Время подвиги эти не стерло!
Оторвать от него верхний пласт
Или взять его крепче за горло
И оно свои тайны отдаст!
(с)
