kenigtiger: (Default)
— Уверен, — сказал генерал, берясь за кувшин, — что сумею добиться достойных условий.

Два последних слова заставили Алатристе и Горостьолу многозначительно переглянуться. В этом не было ни удивления, ни презрения, а лишь всезнание, дающееся долгим опытом. Они понимали, что под достойными условиями генерал имеет в виду не слишком крупную сумму выкупа, в ожидании которой его будут вполне сносно содержать в Константинополе. Может, пришлют из Испании денег и еще за какого-нибудь офицера. А все прочие — моряки и солдаты — останутся в цепях и на веслах до конца дней, пока Пиментель в Неаполе или при дворе, окруженный восхищением дам и уважением кавалеров, будет рассказывать подробности этой гомерической битвы. Если уж сдаваться, так вчера надо было сдаваться, до начала этой бойни, подумал Алатристе, мертвые были бы живы, а раненые и искалеченные не корчились бы сейчас на палубе, не выли бы от мучений…

Мачин де Горостьола отвлек его от этих размышлений:

— Ваша милость, сеньор Алатристе, нам охота смертная послушать, что ты на это скажешь. Как-никак единственный офицер с «Мулатки»…

— Я не офицер.

— Неважно. Ну, старший по команде. Не один ли хрен?

Алатристе оглядел бумагу и рваное тряпье под своими драными, вымазанными засохшей кровью альпаргатами. Одно дело — иметь мнение, но держать его при себе, другое — если спрашивают, есть ли оно у тебя, и просят его высказать.

— Что скажу?.. — пробормотал он.

На самом деле он знал это с той минуты, как переступил порог каюты и увидел эти лица. И все, кроме генерала, тоже знали.

— Скажу: нет.

— Простите? — переспросил Пиментель.

Но капитан смотрел не на него, а на Мачина де Горостьолу. Решать это не дону Агустину, а солдатам.

— Экипаж галеры «Мулатка» сдаваться не согласен.

Наступило долгое молчание. Только слышно было, как за переборками стонут где-то наверху раненые.

— Недурно бы его, экипаж то есть, об этом спросить, — вымолвил наконец Пиментель.

Алатристе с большим хладнокровием покачал головой. Глаза, ставшие совсем ледяными, впились в лицо генерала.

— Вы, ваше превосходительство, сию минуту сделали это.

По обросшему бородой лицу Горостьолы скользнула потаенная усмешка, а Пиментель скривился от неудовольствия.

— Ну и?

Алатристе продолжал невозмутимо рассматривать его:

— Бывали дни, когда ходили мы убивать. Сегодня, должно быть, настал черед умирать.

Краем глаза он видел, что комит и капрал одобрительно кивают. Мачин де Горостьола повернулся к дону Агустину. Бискаец казался очень довольным и будто сбросил с плеч тяжкую кладь.

— Сами видите, ваш’дитство, мы все ‘динодушны.

Дон Агустин здоровой, но задрожавшей рукой поднес ко рту кувшин. Отхлебнул и, скривясь, словно отведал чистого уксуса, поставил его на стол, явно не зная, что делать — яриться или смириться. Ни один генерал, сколь благосклонны бы ни были к нему при дворе, не имеет права капитулировать без согласия своих офицеров. Это будет стоить ему, самое малое, репутации. А иногда и головы.

— Половина наших людей перебита… — сказал он.

— В таком случае, — отвечал Алатристе, — второй половине следует отомстить за них.

(с)
kenigtiger: (Default)
В состоянии "мозг уже не варит" или "мозг ещё не варит" можно оказаться дома. И тогда WoT, WoW или ОБЧР-онйлан. В первом случае мозг дожимается до полного ноля, и засыпаешь, во втором - мозг постепенно пробуждается. Надо быстрее - попинываешь его всякой бытовой химией типа кофе или колы.

Но если в одном из этих состояний оказываешься в транспорте, то будить мозг надо каким-то чтивом. Умное чтиво в таком состоянии читать бесполезно. Остается только развлекательное. И вот читаю я сейчас в метро очередную дописку Херберта-сына к папиному циклу. Как и всё предыдущее сыночкино, дописка напрочь лишена папиного философского шарма. Причем чем дальше от первой приквельной трилогии про "Дома", тем больше лишена. Авантюрный романчик/рассказик в декорациях эпической трагедии. И вот - погоня, в уже упомянутых обстоятельствах - "на орбите".

Читаю:

В космической тишине мимо его корабля пролетели выпущенные противником снаряды. Ван отреагировал молниеносным торможением; артиллерийские снаряды взорвались в некотором отдалении, но взрывная волна заставила судно завертеться на месте.

Мне одному кажется, что афтар пыжанул, и тут взаимоисключающие параграфы как-то совсем уж кучно легли?

Не, я уже понял, что современное кино смотреть надо одно из ста или реже и то только по большой рекомендации нескольких друзей.

И аналогично с российской современной литературой.

Но так-то зачем...
kenigtiger: (Default)
Сочетание дежурного чтива с визитом в "Чип и Дип" породило нового литературного персонажа.
Наёмный убийца Гвалтерио Мультитестер.

А если вернуться к реальности, то опять четыре рюкзака.
С одной стороны - тяжело. С другой стороны уже знаешь, что ты это проделывал.
kenigtiger: (Default)
Столь непрерывной чередой шли на него неприятности, неурядицы, злосчастья, столь краткими были периоды относительного благополучия у этого удивительного человека, который для врагов был бельмо на глазу, а для друзей - свет очей и светоч нашей словесности, что зачастую не мог он отыскать у себя в кармане и ломаного грошика. Фортуна, как известно, - дама весьма переменчивая, но почти неизменно перемены ее оказываются к худшему.

- Нет, придется драться, - вдруг проговорил он спустя несколько мгновений задумчиво и словно бы размышляя вслух, хотя глаза его от выпитого уже давно разъехались в разные стороны.

Алатристе, по-прежнему не отпуская его руки, улыбнулся ему ласково и печально и спросил с отсутствующим видом, будто знал заранее, что ответа не получит:
- С кем драться, дон Франсиско?

Однако поэт - очки его свалились с переносицы и болтались на шнурке над самым краем стакана - воздел палец.
- С глупостью, со злобой, с суеверием, с завистью, с невежеством, - медленно произнес он, а потом надолго загляделся своим отражением в вине, налитом всклянь, то есть вровень с краями стакана. - Иными словами - с Испанией.

Сидя на своем табурете подле двери, я услышал эту речь и замер, пораженный ею, ощутив не разумом, но сердцем, что мрачные слова Кеведо объясняются причинами, постичь которые мне пока не дано, и дело тут вовсе не в очередной вспышке обычной его раздражительности. Я по малолетству тогда еще не понимал, что можно с предельной жесткостью говорить о том, что любишь, - и именно потому, что любишь, ибо одна лишь любовь дарует моральное право на отзыв нелицеприятный. У дона Франсиско де Кеведо, как убедился я впоследствии, "болела Испания". Она еще могла внушать трепет, но как бы пышно ни наряжалась, к каким бы ухищрениям ни прибегала, как бы ни был наш король молод и мил, как бы ни тешили национальную нашу гордость военные триумфы - неуклонно погружалась в дремотное оцепенение, чему немало способствовали золото и серебро, несякнущим потоком лившиеся из Индий.

Впрочем, сокровища эти попадали в загребущие руки аристократии, чиновничества, клира - одинаково продажных, растленных и ни на что не годных, - либо тратились на грандиозные, но бессмысленные предприятия вроде войны во Фландрии, где каждый шаг стоил несусветных денег. Доходило до того, что у тех же самых голландцев, с которыми шла война, покупали мы товары, произведенные их мануфактурами, а их торговые представители сидели не где-нибудь, а в самом что ни на есть Кадисе, наиглавнейшем нашем порту, распоряжаясь теми потоками драгоценных металлов, что привозили с Востока наши галеоны - в том, понятно, случае, если им удавалось разминуться с голландскими же пиратами. Арагон и Каталония отгородились от нас собственными законами и, уверяя, что наш им не писан, оказались, вопреки пословице, вовсе не дураками; Португалия только и ждала удобного часа, чтобы сбросить наше ярмо, на торговлю наложили лапу голландские - опять же - купцы, на финансы - генуэзские банкиры, а работать в нашей отчизне не работал никто, за исключением нищих крестьян, которых мытари всех мастей стригли так усердно, что те, шерстью обрастать не поспевая, принуждены порой были отдавать и саму шкуру.

И во всем этом разврате и безумии, тянувших Испанию наперекор и встречь ходу истории, несчастная наша страна, казавшаяся прекрасным хищным зверем, еще грозным с виду, еще способным, быть может, показать разящую мощь клыков и когтей, но со злокачественной опухолью, разъедающей ей самое сердце, неумолимо клонилась к упадку и обречена была в недалеком будущем впасть в полное ничтожество - и картина эта ясно представала перед провидческим взором дона Франсиско де Кеведо, ибо человек он был необыкновенный. Но я-то - щенок в ту пору - способен был лишь испугаться его дерзких слов да завертеть головой из стороны в сторону, гадая, откуда явятся альгвасилы и за опрометчивое слово покарают делом - то есть тюрьмой.


(c) Артуро Перес-Реверте, "Капитан Алатристе"
kenigtiger: (Default)
Народ, а кто подскажет какой-нибудь букинист для милитаристов или что-то ещё в таком духе в Москве, желательно работающий в выходные?
Я внезапно вспомнил, что хотел, помимо мауналов на танки, захватить с собой в очередную поездку в страну Железных Капутов две книги

"Порядок в танковых войсках" Шеина и Уланова
и
"Оружие возмездия" Олега Дивова

Задумал вторую военно-литературную диверсию.
Первая была успешная, полтора года назад обе книжки канули в народ.

Экспресс-гуглёж кажет кукиш по Москве на тему бумажных версий, а надо срочно.
kenigtiger: (Default)
Вам хорошо, вы все рады потеплению. И тому, что тучки разогнало. А я тут анальгин промышленными дозами потребляю, и организм шлёт любую значимую умственную деятельность нафиг. И заодно график сна ломает обратно, в следствие чего я тут бодрствую опять по ночам вместо того, чтобы спать как все нормальные люди. Окай, раз разумная деятельность под вопросом, займёмся неразумной.

Давеча вот оставил я себе в пометках вот этот пост, в котором афтар, повествуя о коррупции в хозяйстве Балтийского флота при Николае I, пишет:

Такие вот реалии авторитарного режима "жестокого" Николая I: казалось бы, грозный самодержец, только пальцем шевельни, а ничего с коррупцией и коррупционерами поделать не мог, даже со своим III отделением.

Между тем Николай пытался и делал, используя для этого людей, изначально борьбой с коррупцией не занимавшихся, но отобранных по признаку преданности Родине. Классический пример - Александр Казарский, вошедший в историю вовсе даже не борьбой с коррупцией, а боем на бриге "Меркурий" против двух турецких линкоров. Те, догнав бриг, отставший от своих, и имея десятикратное примерно превосходство в артиллерии не сумели его реализовать, в то время как Казарский, умело маневрируя, повредил туркам рангоут настолько сильно, что продолжать преследование они не смогли.

Через два года после этого боя царь взял Казарского в свиту и... стал посылать с ревизиями по России. А потом отправил его на Черноморский флот с ревизией в хозяйство адмирала Алексея Самуиловича Грейга, который рулил тогда и флотом, и портами Чёрного моря, и всем казённым кораблестроением. Визит этот очень быстро кончился отравлением ревизора и его мучительной смертью. Автор книжицы "Герои забытых побед" Шигин после краткого описания боя "Меркурия" уделяет порядка ста страниц описанию того, насколько широко развернулись якобы коррупционные сети на Чёрном море, крёстной матерью которых якобы была еврейская "гражданская жена" адмирала Грейга Юлия Кульчинская (Лия Сталинская/Витман).

Приехав в 1820-м году в Николаев с поставками корабельного леса, сия дама очаровала адмирала Грейга, стала, помимо прочего, его главной советчицей и собрала салон из местных офицерских жён, через который также имела влияние на события. В результате, для начала, строительство кораблей для флота практически полностью перешло частным подрядчикам, дружным с нею, а казённые верфи пришли в упадок. Стоить корабли стали якобы дорого и строились при этом якобы плохо. К этим же временам Шигин относит и становление крупных капиталов на торговле хлебом через одесский порт, присмотром за которым ведал тоже вроде как Грейг. Контрабанда, все дела. Ну и, разумеется, не обошлось без РЛО. Молодой мичман Даль в 1824-м году был на полгода посажен под арест "по подозрению в сочинении эпиграммы" на жену адмирала, после чего переведён/изгнан на Балтику. (Дадад, это был тот самый Даль.)

Отдельным эпизодом у Шигина проходит вытеснение с флота греческих ростовщиков, ссужавших деньгами флотских офицеров, которых напористо выжили с насиженных мест ростовщики еврейские. И вскоре те охочие до гулянок моряки, что жили не по средствам, ощутили. Конец у эпизода, правда, был "счастливый" - Николай I, взявшийся таки за Черноморский флот, в 24 часа депортировал всех еврейских ростовщиков с уничтожением всех долговых расписок. И возвращаться запретил под страхом каторги.

Короче, ацких жыдов в итоге побороли, отправив Грейга в почётную отставку, и занявший его место Лазарев начал по-новому отстраивать флот и всю его инфраструктуру. Правда, приходилось сильно экономить на некоторых вещах, включая эксперименты с введением новых технологий, так что, вполне возможно, запоздалое формирование Николаем I спецслужб и десять лет "безудержной коррупции" на Чёрном море обошлись нам в проигрыш Крымской войны.

Кому интересно - почитайте книжку Шигина, там детектив-совсем-детектив, включая намёки на то, что Александра I в Таганроге тоже уморили ацкие жыды, чтобы не проведал про их делишки. Или потому что уже проведал.

Я лично, читая сей текст, коварством ацких коррупционных жыдов, конечно же, был возмущен. Но... почему-то у всех участников коррупционных схем со стороны государства были вполне себе русские имена и фамилии. И по итогам чтения пришёл к однозначному выводу, что русскому народу очень желательно сделать с ацкими жыдами три страшные вещи. Какие? Правильно.

Опасносте! Статья 282-я детектед! )
kenigtiger: (Default)
Кто знал два года назад, когда музыкант Андрей извлёк из жониной библиотеки и утащил "Гептамерон", на который я как раз положил глаз, что утащу я его обратно только через два года, на премьере фильма, к которому группа, в которой он играет, будет писать музыку?

Никто не знал.

Надо, короче, мутить обложку, чтобы читать в транспорте.
kenigtiger: (Default)
Стас Ермаков, соавтор [livejournal.com profile] yggeldа по многим историческим работам о славянских древностях, выпустил собственную книжку.

kenigtiger: (Default)
У Перес-Реверте встретилось вот это, относимое автором к абордажу, случившемуся в 1620-е годы:

...мы стремились сократить дистанцию, противник же, как водится, частым огнем намерению нашему препятствовал. И носивший имя Пресвятой Девы Асогенской флагман, хоть вражеские ядра сильно повредили ему оснастку, а палуба вся осклизла от крови, сумел таки врезаться в середину строя, оказавшись так близко от голландского корвета, что кливером своим подметал тому шкафут. Перебросили абордажные крючья, и испанцы горохом посыпались на палубу, паля из мушкетов, размахивая топорами.

Мне одному кажется, что с кливером он погорячился лет на 60?
kenigtiger: (Default)
Читая воспоминания уроженца Горловки, маршала войск связи Пересыпкина, натолкнулся на несколько упоминаний Розалии Самойловны Землячки, известной нам сейчас в основном по теме "красного террора" в Крыму. Касаются они межвоенного периода, когда Землячка работала в советских контролирующих органах.

Отрывки даю без комментариев, разве что озаглавил.

Ознакомиьтся )
kenigtiger: (Default)
Второй раз за многие годы мне случается брать на случайно попавшемся книжном лотке "всё по ..." некую ранее не планировавшуюся не военно-историческую книгу, и второй раз это случайно удачная книга.
Первый раз были "Мчащиеся кони" Мисимы году так в 2009-м. Про автора я уже был немного в курсе, но вещь не читал ранее, и она пошла ну очччень хорошо.
А сейчас это ранее совершенно неизвестный мне Уильям Стайрон с "Долгим маршем" (на 5+ читается на общем фоне окружающей реальности название двух вещей в томике, набранное рядом на обложке - "Долгий марш в заразном бараке").
Давно я с такой пользой не тратил 50 рублей, да.

Утомился я малость с экрана читать, а зря. Надо бы мануальчики по рациям и ТПУ уже освежать в памяти.
kenigtiger: (Default)
Как и ожидалось, книга А.Г. Рагунштейна "Пираты под знаменем ислама", помимо массы прочих луллзов, дала ответ на вопрос происхождения "Shores of Tripoli" в гимне USMC.

История борьбы новонародившихся США с загнивающим североафриканским пиратством началась собственно с появления независимого американского флага в водах Средиземноморья.
"О! - сказали загнивающие пираты. - А вот кого мы ещё не обложили данью!"
До всех остальных они уже докопались и, получив пиздюлей и отступных в пропорции, соответствующей морской мощи держав, заключили мирные соглашения. А тут - новая страна, ёпта!
И после захвата дюжины кораблей США согласились отдать в качестве разового платежа почти миллион долларов или 16% тогдашнего нац.дохода (не вериццо в точность перевода). Выкуп пленников, подарки и т.д. Совершенно неподъёмные суммы для 1796-го года. Насколько я понял из текста, расплачивались в итоге частично передачей алжирцам кораблей вплоть до 36-пушечных фрегатов.

Следующими за алжирцами тему просекли обитатели Триполи. Мир с ними заключали практически одновременно с алжирцами, и получилось так, что когда посоны с Триполи узнали, сколько отвалили алжирцам, заключенное с ними соглашение, подразумевавшее куда меньшие суммы, начало медленно, но неуклонно терять силу. Результатом стали новые захваты судов и "Триполитанская война" самыми яркими эпизодами которой стали посадка на мель возле Триполи фрегата "Филадельфия", его потеря американцами (первый спущенный в бою флаг) с последующим успешным сожжением американской абордажной группой и захват Дерны сводным отрядом американских морпехов, арабов и греческих наемников.

Собственно, Дерну брали для вполне утилитарной цели пресечения подвоза по суше в Триполи, но используя высокие идеалы справедливости - династические тёрки между правителем Триполи и его братом, которому пообещали помощь в захвате трона. Он, собственно, арабов и привёл. В примечании книжечги по этому поводу сказано, что в отряде было 97 арабов, 67 греков и шесть морпехов плюс сержант.

Естественно, как только представители США и Триполи столковались по деньгам, законному наследнику в дальнейшей поддержке отказали.

Века проходят, да.

Увы, истории из начала 17-го века, про три галеры против восьми, упоминаемой в "Пиратах Леванта" Артуро Перес-Реверте я там не нашёл. Думал, какая-то широко известная +/- документальная рассказака.
kenigtiger: (Default)
— У вашей милости с собою книга?
Алатристе скосил глаза на выглядывающий из кармана томик, рассеянно ощупал, потом достал его и протянул генералу. Тот с любопытством перелистнул несколько страниц.
— Кеведо? — не без удивления спросил он, возвращая книгу. — Зачем он вам на галере?
— Чтобы пережить такой день, как сегодня.
Он снова запрятал книжицу поглубже. Горостьола и остальные взирали на все это в растерянности. Понятно бы еще, если б человек носил с собой псалтирь или молитвослов, но — это? По всему было видно, что никто из них слыхом никогда не слышал о Кеведо или как его там.
kenigtiger: (Default)
Одним из побочных эффектов того, что я не могу и ещё некоторое время не смогу писать правой рукой, стало то, что при чтении книжек я не могу заполнять "формуляры" номерами страниц и пометками напротив них - чего именно я там, на странице, нашёл интересного. То есть всякий научпоп читать в транспорте бессмысленно.

Соответственно, переходим на художку. Поскольку, очередной том Камши ещё не, то в дело идёт закупленный в прошлом году в количестве целой полки Дивов. В частности извлечённое из букинистическаго отдела "Толкование сновидений". Да, я ещё не читал. И про собак не читал.

Ничего не могу поделать со своей привязанностью к текстам Дивова и белой завистью к тому, как он "вылизывает аэродинамику" текста. Ла-5ФН так не вылизывали в процессе его превращения в Ла-7.
kenigtiger: (Default)
Впервые за долгое время случился сабж. Книжка была

Энтони Леви “Кардинал Ришелье и становление Франции”, М, АСТ, Астрель, 2008 г

В цифре её пока нет, так что я взял у народа почитать и перед возвращением сел выписать некоторые моменты по заметкам в "формуляре", который поселяется у меня в каждой читаемой книжке.

Всё-таки, Ришелье, известный у нас по большей части как зловредный лицемерный поп, окруживший себя шпионами и злодеями, из музыкальной экранизации "Трех мушкетеров" Дюма, IRL провернул колоссальный объем полезной работы, будучи второй из трех последовательной отработавших "ступеней" французского взлёта - Сюлли-Ришелье-Кольбер.

Армия, флот, дороги, производство. Академия, наконец. Он финансировал толпу литераторов, которые оформляли французский язык, на котором вскоре будет говорить вся Европа. (У нас примерно тем же занимался Пушкин тоже практически за гос.счёт.) Человек старательно упорядочивал Францию, воссозданную из ада и пиздеца религиозных войн трудолюбивым Сюлли при Генрихе IV. Балансируя на грани нового ада и пиздеца с регулярными восстаниями крестьян, оплачивавших все эти мероприятия.

Именно при нём, добившемся военного поражения Испании и опалы Оливареса, произошёл закат Великой Испании, расторжение Иберийской унии и всё прочее, о чём на рубеже XX и XXI веков с такой душевной болью писал Артуро Перес-Реверте в своём "Алатристе".
kenigtiger: (Default)
Пітер Блад, бакалавр медицини, запалив люльку і заходився поратися коло вазонів герані, що цвіла на підвіконні його кімнати, яка вікнами виходила на вулицю Уотер Лейн. Він не помічав, що з вікна навпроти за ним з докором стежать чиїсь суворі очі. Пораючись коло герані, Пітер прислухався до гомону людського натовпу там, внизу, у вузькій вуличці, натовпу, що вже вдруге того дня плинув до плацу перед замком, де перед цим капелан герцога Фергюсон виголосив проповідь скоріше бунтарського, аніж божественного змісту.

Цей безладний, збуджений натовп складався переважно з чоловіків із зеленими гілочками на капелюхах, з кумедною зброєю в руках. У декого, щоправда, за плечима погойдувалися мисливські рушниці, виблискували подекуди й мечі, але значна частина повстанців була озброєна лише киями, а більшість тягла за собою величезні списи, зроблені з кіс, страшні на вигляд і незручні в бою. Серед цих імпровізованих військових з містечка Бріджуотер були ткачі, броварі, теслі, ковалі, муляри, каменярі, шевці та представники інших мирних професій. Бріджуотер, як і Тонтон, не вагаючись, послав своїх чоловіків служити незаконнонародженому герцогові Монмуту. Людина, яка за віком і здоров'ям могла носити зброю, а сьогодні залишилася б вдома, вважалася боягузом або католиком.

Проте Пітер Блад, який не тільки був здатний носити зброю, але й майстерно володів нею, аж ніяк не вважався боягузом, а католиком був хіба що тоді, коли це йому було вигідно,- так от цей Пітер Блад порався того теплого липневого вечора коло своїх квітів і палив люльку з таким байдужим виглядом, ніби навколо нічого й не відбувалося. Більше того, він час від часу кидав услід охопленим воєнною гарячкою ентузіастам рядок з Горація, якого здавна дуже любив: «Куди, куди мчите ви, навіжені?» Тепер ви, мабуть, догадуєтесь, чому Блад, у якого текла гаряча, безстрашна кров морських бродяг Сомерсет-шіру, предків його матері, лишався спокійним у той час, коли навколо запалала страшна фанатична пожежа повстання, чому бунтівлива душа його, що в свій час не примирилася з наміром батька зробити з нього вченого, залишалась байдужою у самому розпалі заворушення. Ви вже збагнули, як він розцінював людей, що збиралися під знамена свободи, знамена, гаптовані непорочними дівами Тонтона, вихованками пансіонів міс Блейк і місіс Масгров. Діви, як співається в баладі, порвали свої шовкові спідниці на прапори для армії Монмута. Рядок із Горація, зневажливо кинутий услід тим, хто галасливо біг вулицею, розкриває тодішній настрій Блада. Для нього це були охоплені шалом безумства дурні, що поспішають назустріч власній загибелі.


Как и было сказано.
kenigtiger: (Default)
Читаешь вот этак умствования человека о стратегии, тактике и прочем. Ничто особо беды не предвещает. Сто страниц, двести, триста... А потом - ЕБЛЫСЬ!
Откровение:

"По мнению Сталина в 1941 году, Гитлер должен был предъявить ультиматум или выдвинуть территориальные требования, прежде, чем начать атаку, которую Сталин предотвратил бы, приняв требования Гитлера и даже при необходимости уступив Украину(в таком случае вся тяжесть разгрома Германии легла бы на плечи британцев, а в дальнейшем и американцев)".

(с) Э.Люттвак "Стратегия. Логика войны и мира"

Мда...
kenigtiger: (Default)
Кстати, пока не убежал от компа разгребать хлам дальше.
На книжной ярмарке две недели назад наткнулся на три книги одного англоязычного автора - Эдварда Н.Люттвака.

Стратегия. Логика войны и мира

Стратегия Византийской империи

Государственный переворот: Практическое пособие

Читаю первую. Любопытно излагает.
Видимо, третья будет куда интереснее, чем унылые агитки для пихоты от Джина Шарпа.
Вероятно, цитатами из неё буду иллюстрировать обещанную политическую простыню.
Которую хрен знает когда напишу, блин.

Profile

kenigtiger: (Default)
kenigtiger

April 2017

S M T W T F S
       1
2 3 4 5 678
9101112131415
16171819202122
23242526272829
30      

Syndicate

RSS Atom

Most Popular Tags

Style Credit

Expand Cut Tags

No cut tags
Page generated Sep. 24th, 2017 06:44 am
Powered by Dreamwidth Studios